Василий Чернец: «Культура не имеет права быть полуграмотной»

-A A +A
Второй год подряд в рейтинге “200 лучших вузов Украины” по версии ЮНЕСКО среди творческих вузов лидирует Национальная академия руководящих кадров культуры и искусства, которую вот уже 25 лет возглавляет доктор философии, профессор, действительный член Национальной академии наук Украины Василий Игнатьевич Чернец. Сегодняшний разговор с ним о культуре затронул очень широкие аспекты нашей жизни.
 
Дорулили до ручки
 
– ВАСИЛИЙ Игнатьевич, в Украине добрый десяток творческих вузов, но надо признать, что довольно часто то или иное заведение культуры возглавляет непрофессионал.
 
— Проблема эта очень серьезная. И дело даже не в кадровой политике как таковой, хотя в отдельных случаях имеют место кумовство и земляческий принцип. Проблема непрофессиональных кадров гораздо шире. И ее надо решать на государственном уровне.
 
Наша отрасль, в которой сосредоточено около 180 тысяч работников культуры, имеет всего 29 процентов специалистов с высшим образованием. Вдумайтесь только: в культуре, стратегической сфере, призванной участвовать в формировании сознания человеческого, 70 процентов непрофессионалов! А ведь эти люди по роду своей деятельности очень активно участвуют в строительстве государства. А если сфера фактически полуграмотна, то как она может обеспечить те функции, которые возложены на культуру в обществе?
 
Я хочу обратить ваше внимание на такой факт. В 1952 году правительство Украины написало Сталину письмо с просьбой дополнительно открыть в республике вузы и техникумы культуры, считая, что 36 процентов работников культуры с высшим образованием — это очень мало. Так почти 60 лет назад дипломированных работников культуры было 36 процентов, а ныне — 29!
 
— И как Сталин отреагировал на то обращение?
 
— В тот же год в Украине было открыто дополнительно два института культуры и десятки музыкальных и училищ культуры. И сейчас, я думаю, нам надо резко увеличить госзаказ на специальности в сфере культуры. Судите сами: в год только 88 библиотечных работников получают высшее образование и 80 — музейных работников. Но это же капля в море! В Украине 16 тысяч библиотек и 6 тысяч музеев...
 
— ...в которые не очень стремится молодежь. Зарплаты-то мизерные.
 
— Совершенно верно. Вы помните, в 90-х годах финансирование объектов культуры было возложено на бюджеты местных советов. Государство тогда посчитало, что поступило мудро, сбросив с себя груз забот о культуре. На самом же деле это было неправильно. Ведь все люди, как живущие в маленьком селе, в бюджете которого средств на культуру вообще не может быть, так и жители крупных городов, имеют равное право пользоваться достижениями этой культуры, так сказать. И государство обязано эти права обеспечивать, ради чего, собственно, и избираются депутаты и президенты.
 
От такой “мудрости” и закрылись тысячи сельских клубов и библиотек. Закрылось бы еще больше, но ситуацию спасает то, что у нас тысячи людей в сфере культуры работают на полставки, выполняя работу в полном объеме: заведующие клубами, сельским библиотеками, местными музеями. Об этом нужно писать и благодарить таких по­движников! Денег нет, а они работают и сохраняют фонды, музейные реликвии для последующих поколений. Но ведь одного “спасибо” мало. А государство обещает, что будет платить полную ставку, но до сих пор это осуществляется не везде.
 
Именно эти люди сохранили структуру сферы культуры. Если ее сейчас поддержать, то еще можно все восстановить. Если бы сейчас дать импульс новым кадрам, которые приходят на смену старым, поддержать их финансово, морально, дать возможность учиться...
 
— Насколько нынче доступно, на ваш взгляд, образование?
 
— Сейчас образование удовольствие не из дешевых. Учиться же не в своем регионе вдвойне сложно — это я об отсутствии творческих вузов на западе Украины. Там нет ни одного творческого вуза. А мы ведь знаем, насколько велика творческая активность граждан в этом регионе. К тому же из этих бедных областей люди не поедут учиться в Киев. Я убежден, что это государственная проблема. Можно было бы на базе одного из местных училищ открыть университет культуры и искусства на западе страны.
 
Помнится, на заре независимости Украины мы декларировали, что будем развиваться как культурная нация. В 1992 году в “Основах законодательства о культуре” было объявлено о том, что у нас 12 процентов валового дохода станут направлять на культуру (против двух процентов, что давал СССР). Но сейчас из нашего валового дохода на культуру идет... 0,9 процента. О каком развитии культуры может идти речь? А плюс к тому за практически 20 лет независимости не был принят один из базовых законов — Закон “О культуре”. Только сейчас, с приходом нынешней власти, начались подвижки, закон принят в первом чтении. А ведь все эти годы Комитет Верховной Рады по культуре возглавляли паны Лесь Танюк и Владимир Яворивский, которые били себя в грудь и говорили, что любят Украину. Почему же они так и не предложили Закон о культуре нации? Сколько времени упущено!
 
Рано выбросили белый флаг
 
– КАКОВО ваше отношение к Болонскому процессу?
 
— Я убежден, что не надо слепо следовать положениям этой конвенции, особенно в том, что касается творческого процесса. У нас на сегодня творческое образование лучше, чем в Европе, поскольку сохранилась еще советская система, которая предполагает строго индивидуальную работу педагога с учеником. Следует отметить, что ныне многие европейские университеты — это автономные учебные заведения со своим уставом, своими правилами и учебными планами и программами. То есть, несмотря на Болонский процесс, они сохраняют свою автономию. Вот и нам необходимо сохранять то лучшее, чего достигла советская высшая школа и что пока еще не утрачено, — уникальные методики, которые до сих пор позволяют готовить прекрасных специалистов на уровне школ и вузов.
 
Мне, человеку, отдавшему 25 лет своей жизни высшему образованию, очень грустно, что в обществе распространено мнение, будто в вузах процветает коррупция, а тестирование — единственное средство борьбы с этой самой коррупцией. А мне родители рассказывали, сколько они платили за приличные сертификаты по месту их выдачи.
 
— Я тоже слышала, что одна оценка стоит 300 долларов.
 
— Берите выше. В вузах не коррупция. Разве преподаватель, берущий взятку, коррупционер? Коррупционер — это государственный служащий, состоящий в коммерческой группе, которая с помощью различных схем обкрадывает государство или его граждан. Преподаватель же, берущий взятку, — это взяточник и не более. А со взяточничеством бороться можно и силами самих вузов, но с привлечением государства. Что я имею в виду? А вы посмотрите, в Грузии милиционерам подняли зарплату — и все! Стало, как в Европе: перестала милиция брать деньги. Берут преподаватели вузов 50–100 гривен в зачетке? А вы дайте им европейскую зарплату. Оклады у преподавателей в школах и вузах настолько низкие, что можно утверждать: государство само толкает людей к принятию “подарков”. Та же ситуация в медицине. Я везде говорил и буду говорить: невозможно идти в Европу с зарплатой профессора в 300 долларов. А профессор должен прийти в аудиторию в приличном костюме, быть элементарно сытым, он должен иметь средства, чтобы постоянно покупать книги по своей специальности и повышать квалификацию.
 
— Скажите, Василий Игнатьевич, ваши студенты участвовали в демонстрациях против инициатив Минобразования?
 
— Участвовали. На мой взгляд, наше Министерство образования очень быстро спасовало перед студентами, которые вышли на демонстрации против финансовых штрафов за прогулы, за пересдачу экзаменов и тому подобное. Аргументация молодежи сводилась к тому, что преподаватели будут специально заваливать студентов на экзаменах, чтобы поправить бюджет вузов. А я со своим студсоветом поговорил об этом в ином ключе: “Ребята, давайте поступим так. Пусть эти средства идут на специальный счет в рамках нашей академии для студсовета. Вы лучше знаете своих товарищей, знаете, кто работает, а кто прогуливает. Давайте воспитывать лентяев гривной, давайте их жестко стимулировать к учебе, брать с них деньги за пропуски, а средства будут поступать на ваш счет. И вы таким образом сможете помогать тем, кто нуждается, сможете проводить какие-то мероприятия, закупать призы”. И, знаете, студенты заинтересовались. Они же видят, кто действительно не учится.
 
А наше правительство так растерялось перед студентами... Надо с ними ГОВОРИТЬ о том, что только вместе со студенческим самоуправлением можно повысить уровень дисциплины и, в конечном счете, нашего образования.
 
— Василий Игнатьевич, насколько нам известно, в этом году у вас двойной юбилей: 40 лет вузу и 25 лет, как вы возглавляете его. Поздравляем!
 
— Спасибо. Только есть поправка. Институт документоведения, который наряду еще с пятью институтами входит в состав нашей академии, поднял архивы 1934 года и обнаружил документы о том, что правительство Украины обращалось в Москву с просьбой открыть в республике целую систему повышения квалификации. В результате в Киеве был открыт Институт руководящих кадров культуры (было именно такое название!). Надо сказать, что мы нашу академию назвали спонтанно, некоторым образом случайно. Как же мы были удивлены, узнав, что в 1935 году наши предшественники выбрали ту же самую формулировку, то есть были озадачены теми же самыми проблемами и видели их решение в том же, в чем и мы — в подготовке кадров. Преемственность налицо. То есть, по большому счету, нам уже ни много ни мало — 75 лет!
 
Автор: Ирина САМСОНОВА. 
 
Джерело: http://rg.kiev.ua